Главная страница

Социальная задача



Скачать 143.38 Kb.
НазваниеСоциальная задача
Дата15.02.2016
Размер143.38 Kb.
ТипЗадача

В XX веке мы на собственном историческом опыте убедились, что, как бы ни разделяли русских писателей их исторические убеждения, а также время и расстояние, наша национальная литература остается единой. Исчезла пограничная черта, проведенная по отметке 1917 года и отделявшая дореволюционную литературу от советской. Исчезло противопоставление писателей, оставшихся после революции на Родине, и писателей, оказавшихся в эмиграции. Исчезло деление на официальную, советскую литературу, издававшуюся в СССР в условиях политической цензуры, и диссидентскую, публиковавшуюся за рубежом, при отсутствии цензуры, но нередко с идеологическими ограничениями. Книги, которые принято относить к советскому периоду русской литературы, переводились на иностранные языки и широко издавались по всему миру. Огромную популярность на Западе снискали такие писатели, как М.Горький, М.Шолохов, А.Толстой, - и ближе к нашему времени – В.Астафьев и В.Распутин.

В русской литературе второй половины XX века имена В.Астафьева, В.Белова, В.Распутина, В.Шукшина стоят рядом. И с ними связано рожденное литературной критикой определение «деревенская проза», к которой относили и таких писателей, как Евгений Носов, Владимир Солоухин, Владимир Крупин… Казалось бы, в СССР того времени наступила эра научно – технической революции, перед литературой была поставлена очень важная социальная задача: отразить новые цели, создать образ нового человека, а «деревенская проза» поворачивается спиной к обещанному всем светлому будущему и утверждает какие-то сомнительные ценности, принадлежащие вчерашнему дню. По этой причине «деревенскую прозу» не решались называть новым явлением литературы. В 60-х годах прошлого века были в моде «молодежные» повести, герои которых трудились на строительстве гидроэлектростанций, покоряли целину, возводили города в Сибири. Пользовались успехом повести и романы из жизни научно-исследовательских институтов. В книгах, отвечавших социальному заказу, читателей привлекала современность темы, узнаваемость персонажей, актуальность конфликтов. И здесь вполне допустимо сравнение с тем, какие книги оказались в почете сейчас: сегодняшний читатель тоже предпочитает правду жизни, которую ему преподносят авторы, выполняющие уже не социальный, а коммерческий заказ – часто в ущерб художественным нормам языка. И тот и другой заказ не имеют ничего общего с настоящей литературой. Во всяком случае, в нынешних школьных программах мы уже не найдем ни модную когда-то «молодежную» повесть, ни произведений из жизни научно-исследовательских институтов. Долгую жизнь в литературе получила именно «деревенская проза». Почему?

В те, теперь уже давние, годы, когда читателей увлекали книги о строителях новых городов, об ученых, спорящих на высокие темы, исследователь творчества Льва Толстого и Достоевского Б.И. Бурсов на одном литературном собрании назвал В.Шукшина писателем не только талантливым, но и «нехарактерным для наших дней». Что могло значить сказанное ученым слово «нехарактерный»? Б.И. Бурсову тотчас же возразили, что В.Шукшин со всеми своими героями просто старомоден. «Да, старомоден, - согласился ученый, - как старомодны нравственные категории, вроде стыда, совести и т.д. И герой Шукшина возвращает нас к истокам».

«Деревенская проза» XX века предвосхищена классической традицией. Так, М.Ломоносов по происхождению был крестьянским сыном. А.Радищев в своем «Путешествии из Петербурга в Москву» с сочувствием писал об участи русского крестьянина, Н.Карамзин поднимал эту же тему в «Бедной Лизе»; можно вспомнить Хоря и Калиныча в «Записках охотника» И. Тургенева, крестьянских детей в стихах Н.Некрасова, Платона Каратаева в «Войне и мире» Льва Толстого. Ни в одной другой из европейских литератур мы не встретим такого вдумчивого отношения к крестьянству, такого понимания мыслей и чувств простого мужика, как в русской литературе.

Приведу здесь высказывания самих писателей об их жизни и творчестве.

Виктор Астафьев: «Но очень уж трудна, очень сложна была наша жизнь. То, что мы сделали, то, что мы повидали за тридцать – сорок лет, иным поколениям и в триста не уложить».

Василий Белов: «Без совести никакой литературы нет… Нравственный закон универсален, и он один на всех. В преемственности нравственной традиции заключается неубывающий духовный капитал человечества, его уникальное достоинство. Но в в отдельном человеке нравственность созидается каждый раз заново, и никто не пройдет за нас путь, назначенный нам».

Валентин Распутин: «Литература может многое, это не раз доказывалось отечественной судьбой. Может – худшее, может – лучшее, в зависимости от того, в чьих она руках. Но у национальной литературы нет и не может быть другого выбора, как до конца служить той земле, которой она была взращена».

Василий Шукшин: «Нравственность есть Правда. Не просто правда, а Правда. Ибо это мужество, честность, это значит – жить народной радостью и болью, думать, как думает народ, потому что народ всегда знает Правду»,

При изучении этих писателей в школе неизбежно будет возникать спор – о простоте и сложности. Многим все-таки приходится сравнивать витиеватость стиля современных авторов с тем, как на вид просто написаны повести и рассказы В.Астафьева, В.Белова, В.Распутина, В.Шукшина. Однако эта простота восходит к традициям русской литературы – к А.С.Пушкину, «Повестям Белкина» (истинному шедевру прозы), к «Хаджи – Мурату» Льва Толстого (небольшой повести, вобравшей а себя материал романа) и т.д.

Виктора Астафьева однажды спросили, как он пишет свои книги: из головы или наблюдая за жизнью? На этот наивный вопрос писатель ответил: «Процесс творчества – процесс загадочный. Это процесс подсознания. А подсознание – тайна… Я работал всегда партизански. То навалюсь на бумагу до изнеможения, то полгода ничего не пишу, но мысль жить продолжает…»

Мы живем в сложное время: изменился уклад нашей жизни, происходит переоценка ориентиров, не всегда оправданная. Конечно, такие времена в истории России случались. Опыт показывает, что именно в эти времена особенно неопределенными и зыбкими становятся нравственные представления людей. Общество как бы утрачивает способность чувствовать, «что такое хорошо и что такой плохо». Это опасно, ибо там, где не господствуют «чувства добрые», торжествует зло. К счастью, у нашего народа всегда доставало сил, чтобы преодолеть духовную смуту. Одним из надежных ориентиров, указывающих путь в мире, где борются добро и зло, всегда была русская литература. Вспомним слова В.Г.Белинского: «Читая Пушкина, можно превосходным образом воспитать в себе человека». Богатейший материал для осмысления нравственных вопросов дает и современная литература.

Человек, особенно подрастающий, нуждается в осмыслении себя как личности, в осмыслении назначения своей жизни. Рассказы Василия Шукшина обращают внимание учащихся на актуальные для сегодняшнего дня и одновременно вечные проблемы духовности, нравственности, утверждая совестливость, правду, любовь к человеку. А эти качества являются корневыми свойствами человеческой души.

В наше время, когда все средства массовой культуры подразумевают, что мы должны думать только о себе, проявлять полное равнодушие к судьбам других людей, к судьбе своей страны, чтение В.Астафьева, В.Белова, В.Распутина, В.Шукшина откроет, как важно и нужно любить свою страну, свой край, свой дом на родной земле. Оно станет уроком уважения к минувшему, к истории России, к истории своей семьи, своего рода, к старшим поколениям, к тому, как они жили, как работали, во что верили, о чем мечтали, уроком, формирующим православное миропонимание, нравственные начала.

Что дает современному читателю погружение в мир произведений В.Астафьева, В.Белова, В.Распутина, В.Шукшина? Прежде всего это позволит лучше понять человеческую душу, становится уроком высоких чувств и мыслей, правды и справедливости. По ним можно учиться «жить в своём народе», как сказал поэт Николай Рубцов, близкий по духу «деревенской прозе».

«…Василий Шукшин вспыхнул на горизонте культуры ослепительно чистой, яркой звездой, прямо-таки сказочной россыпью дарований. Писатель, романист и драматург, режиссер больших народных полотен, удивительный, неповторимый артист, умеющий в самой обыденной интонации сказать такую пронзительную, такую необходимую правду о простом человеке, что миллионы сердец… замирали в едином порыве. Василию Шукшину было дано такое счастье. И в том-то и дело, что все вроде бы разносторонние его дарования были объединены одним стремлением, одним порывом – познать душу народа, слиться с ней в неразрывном единстве, когда на голос художника, вдруг всколыхнувшись, отзовется самая глубь…» Так писатель Петр Проскурин выразил общее восхищение замечательным писателем.

Не только литературу 60-70-х годов, но и современную прозу невозможно себе представить без Шукшина. Его «чудики» стали подлинным открытием в искусстве слова. За его нестандартным подходом к человеку, за его пониманием истоков своеобразных характеров видится неповторимость, яркость и глубина личности художника, его требовательный и оценивающий взгляд, исполненный любви и терпеливого внимания.

В этом он близок самым нашим любимым писателям. В.Распутин выделяет в творчестве Шукшина именно эту грань: ««Будь человеком…» Все, что сделано Шукшиным в искусстве, освещено у него этим требовательным понятием, этой страстью и этой болью, которым он заставил внимать всех – кто умеет и не умеет слушать. Не было у нас за последние десятилетия другого такого художника, который бы столь уверенно и беспощадно врывался во всякую человеческую душу и предлагал ей поверить, что она есть, в каких просторах и далях она заблудилась, какому поддалась соблазну или, напротив, что помогло ей выстоять и остаться в верности и чистоте. Читателем и зрителем Василия Шукшина была и остается вся Россия от самых высоких до самых падших душ; его талант – это прежде всего голос взыскующей совести».

Нравственное здоровье современного общества было предметом особенно мучительных раздумий писателя. Не только его произведения, но даже рабочие записи отражают этот постоянный интерес и напряженный поиск мысли, трезвой, ясной, иногда парадоксально заостренной. «Добрый, добрый… Эту медаль носят через одного. Добро – это доброе дело, это трудно, это не просто. Не хвалитесь добротой, не делайте хоть зла!» «Культурный человек… Это тот, что в состоянии сострадать. Это горький, мучительный талант».

Знакомя школьников с личностью писателя, важно заявить сразу ее масштаб, чтобы ребята увидели: да, это действительно первоклассный мастер в нескольких видах искусства. Сделанного Шукшиным за 15 с небольшим лет в литературе и 10 лет в кино хватило бы не на одну яркую творческую биографию.

«Нравственность есть правда. Не просто правда, а – правда. Ибо это мужество, честность, это значит – жить народной радостью и болью, думать, как думает народ, потому что народ всегда знает Правду», - так писал В.М. Шукшин в своей статье «нравственность есть Правда». Этот нравственный критерий жизни писателя является основой всего его творчества. Главной задачей художника он считал познание души человеческой. Шукшин раскрывает и исследует в своих героях присущие русскому народу качества: честность, доброту, совестливость. Самобытность писателя заключается в его особой манере мышления и восприятия мира.

Уже в раннем творчестве Василия Макаровича Шукшина были сконцентрированы важнейшие нравственные проблемы (добра и зла, совести и хамства, духовности и бездуховности), которые так волновали его.

Исследователи творчества Шукшина сравнивают его рассказы по краткости с рассказами А.П.Чехова, психологизм прозы Шукшина сравнивают с психологизмом Ф.М.Достоевского. Шукшин не только ввел в русскую литературу своего героя, новый человеческий тип, но и создал новый литературный стиль, в котором динамический сюжет уживается с философскими размышлениями, лирические интонации – с сатирическими. И психологизм, традиционно считающийся присущим, главным образом, «большой прозе», роману, В.Шукшин умел ввести даже в самый короткий рассказ. По определению В.Распутина, В.Шукшин задел не только струны души читателя, «он задел гораздо больше – неотмершие корни народные, добрался до их нервных окончаний и безжалостно давил и давил на них: больно? А больно – так жив, а жив – так поднимайся, берись за ум и собирайся на народную службу, хватит обходиться хлебалом да потешалом, плодить безродность и бесславность, где-то у тебя должна быть дума, память, вера, прислушайся к ним».

Названия рассказов чаще всего состоят из одного слова: «Обида», «Случай», «Сапожки», «Мастер», «Волки» и т.д. И за каждым коротким названием содержится какой-то факт, случай «из жизни».

В процессе изучения творчества Шукшина мы обязательно говорим о том, что за этими короткими – смешными или трагическими – историями стоит особый мир и героев, и мир самого писателя. За лаконичными, такими вроде бы простыми диалогами открывается особая шукшинская философия, которая «растворена в его творчестве и изнутри насыщает, пропитывает его». Автор любит своих героев, относится к ним с доброй и чуткой улыбкой понимания и сострадания.

В его рассказах «Далекие зимние вечера», «Рыжий», «Самолет», «Из детских лет Ивана Попова», «первое знакомство с городом» и других удивительны герои, их манера общения между собой, их отношения с матерью. Тема материнства проникновенно звучит в произведениях Шукшина, и это особый разговор, который мы ведем с учениками.

Рассказ «Дядя Ермолай», с которого начнется знакомство пятиклассников с Шукшиным, рекомендуем учителю прочитать в классе. Рассказ небольшой, написан от первого лица. В его основе – случай, который произошел в детстве с самим автором. Обратим внимание пятиклассников на то, когда был написан рассказ, - 1971 год. А случай произошел, когда автору было лет одиннадцать – двенадцать. Случай постыдный. Мальчиков уличили во лжи, но они упорно стояли на своем, не сознаваясь в проступке.

Итак первая проблема, над которой будем работать в классе, - проблема памяти.

- В коротком вступлении к рассказу Шукшин написал: «Вспоминаю из детства один случай». Не вспомнился, не вспомнил, а – вспоминаю. Почему именно так – вспоминаю?

- Этот случай из детства не дает ему покоя, он помнит о нем постоянно.

- Память запечатлела проступок, и через много лет Шукшин пишет рассказ «Дядя Ермолай».

Учитель поддержит учеников: из черного наброска к этому рассказу узнаем, что на самом деле все происходило утром, после дождя. «И всю жизнь снится мне это утро», В центре нашей беседы с классом могут быть такие вопросы:

- Что вас поразило в этом рассказе? Почему, солгав, мальчики так упорно стоят на своем? Как вы думаете, сознаются ли они во лжи потом, когда пройдет время? Зачем дядя Ермолай добивался, чтобы дети сказали правду? Какую роль играет эпилог рассказа, как он связан с началом? В чем, на ваш взгляд, заключается основная мысль рассказа? Ради чего он, по вашему мнению, был написан? Почему рассказ назван «Дядя Ермолай»?

Центральная часть рассказа – диалог дяди Ермолая с мальчиками. Прочитаем его по ролям и устно обозначим «партитуру» чувств в этом психологическом поединке героев. В тетради и на доске запишем своеобразный «психологический этюд» поведения, а главное – чувств, состояний героев.







Дядя Ермолай

Дети

…смотрит пытливо…

… дядя Ермолай взвился…

…аж за голову взялся и болезненно сморщился…

… взвизгнул дядя Ермолай

…ошалел…

…сморщился болезненно и пошел прочь, вытирая ладошкой глаза.

…посмотрел с мольбой…

…стал терять терпение,

…из последних сил крепился…

Опять сморщился… сорвался…

…смотрит, не мигая…

…решил стоять насмерть...

Это нас не смутило…

…были…

Были…

….

Были…

Были…

Мы убежали.


Дети не сознались, что не были на точке, куда их отправил дядя Ермолай досмотреть за обмолоченным хлебом. И не сознались в своем проступке позже. Не поэтому ли случившееся не отпускает всю жизнь, снится? Муки совести… О чем они нам, читателям, говорят? Почему дядя Ермолай всеми силами хотел услышать от них правду, их собственное признание, почему умолял их сознаться? Что его оскорбило в поведении детей?

И эпилог рассказа насыщен вопросами, на которые Шукшин не дает ответа, предлагая над ними нам подумать: в чем смысл жизни таких людей, как дядя Ермолай? «Или не было никакого смысла, а была одна работа, работа… Работали да детей рожали».

Итак, вопрос смысла жизни обыкновенных, но далеко не простых людей (сам Шукшин не любил этот эпитет – «простые люди» - по отношению к своим героям) является главным в этом рассказе. Смысл этот, по Шукшину, в жизни по совести, по правде.

Стиль, манера письма Шукшина дают огромный простор для читательского толкования текста, за внешней простотой повествования скрывается глубокий подтекст. Ключевые проблемы рассказа «Дядя Ермолай»: памяти – совести – правды, звучат и в других произведениях Шукшина.

Продолжая исследовать «сквозные» проблемы, которые были нами выявлены при изучении рассказа «Дядя Ермолай» (память, совесть, правда), обратимся в 7 классе к рассказам «Мастер», «Волки», «Обида».

Рассказ «Мастер» начинается сказово : «Жил – был в селе Чебровка некто Семка Рысь, забулдыга, непревзойденный столяр».

- Что открывает нам в судьбе героя уже первая фраза?

Это «жил- был» настраивает читателя на необычную историю жизни Семки, прозвище Рысь помогает представить портрет героя. А столь полярная авторская характеристика - «забулдыга, непревзойденный столяр» - выявила всю его суть человеческую.

Семка решил отремонтировать Талицкую церковь, красивую, легкую, радующую глаз и сердце, но гибнущую. Случай помог «увидеть» эту истинную красоту. «Еще с детства помнил Семка, что если идешь в Талицу и задумаешься, то на повороте у косогора вздрогнешь – внезапно увидишь церковь, белую, легкую, среди тяжкой зелени тополей». А случай этот – когда его пригласил в город писатель отделывать свой кабинет под избу XVI века. Живя у писателя, он пристрастился рассматривать старинные книги, рисунки, гравюры и в то же время стал приглядываться к церковке. Загоревшись идеей восстановить церковь, Семка подолгу рассматривает её, разгадывая секрет того безвестного мастера. «Маленькая, она открывалась глазам внезапно, как будто её нарочно спрятали от праздного взора, и только и только тому, кто шел к ней, она являлась вся, сразу». В размышлениях об истинной красоте сливаются голоса автора и героя: «О чем же думал тот неведомый мастер, оставляя после себя эту светлую каменную сказку? Бога ли он величал или себя хотел показать? Но кто хочет себя показать, тот не забирается далеко, тот норовит поближе к большим дорогам или вовсе на людную городскую площадь, там заметят. Этого заботило что-то другое. Красота, что ли? Как песню спел человек. И спел хорошо. И ушел».

- Почему жизнь Семки обрела смысл, почему он даже пить перестал? Что заставило его каждый день ходить к Талицкой церкви, обращаться к властям?

- Что же произошло с человеком потом? Почему?

- Шукшин не делает выводов, не поучает. Он говорил: «Меня поучения в искусстве очень настораживают», «я их боюсь и никогда им не верю». Он просто поведал нам историю Семки, но какая трагедия души открывается за этим! Талицкая церковь, её гибнущая красота, тайна потрясли душу Семки. Ведь он Мастер, «непревзойденный столяр». Идея возрождения красоты его «выпрямила», а что же сломало? Почему душа его кровоточит и болит, почему он не может больше смотреть на церковь, почему «отворачивается, молчит и курит? В чем причина Семкиной боли?

- Л.Н. Толстой однажды заметил, что утрата смысла жизни иногда равносильна смерти. А для Семки? Можем ли мы вообразить, какова будет его дальнейшая судьба?

Думая о будущем героя, ученики предполагают, что вероятнее всего, он окончательно сопьется, потеряет мастерство. А ведь он мастер – творец…

Итак, рассказ «Мастер» поднимает глубокие нравственные и философские проблемы: что есть истинная красота, мастерство, какую роль играет творчество в жизни любого человека?

Рассказ «Мастер» может прозвучать и на уроке внеклассного чтения в XI классе, где ученики разрешают названные проблемы, привлекая материал изученных произведений: «Моцарт и Сальери А.С. Пушкина, «Певцы» И.С. Тургенева, «Мастер и Маргарита» М.Булгакова. На уроке должен состояться большой разговор об искусстве, духовности, о красоте, которая не только «глаз, но и душу радует», о том, к чему приводит отлучение от красоты и творчества.

Как и ранее рассмотренные рассказы, рассказ «Волки» - с глубоким подтекстом. Ведь волки – это не только хищники, лесные звери, волки – это люди типа Наума, с которыми приходится жить Ивану.

- Какие чувства переживает Иван в эпизоде с волками? (Сначала любопытство, затем – страх, бессилие – «ваша взяла».) А столкнувшись с волчьей хваткой своего тестя, что испытывает Иван? Почему Шукшин «заставляет» Ивана повторить: «Я тебе покажу, как надо человеком быть, как надо человеком быть…»? Что будет потом с Иваном? Смирится он с волчьей натурой Наума?

Читательское воображение расширяет рамки сюжета. Ведь рассказ прежде всего о совести человека, самое страшное – это человек без совести. Согласны ли ученики с мыслью Н.Бердяева, к высказываниям которого мы не раз обращались: «Совести, правда, внутреннему человеку нужно повиноваться больше, чем обществу, чем социальной обыденности, чем внешнему закону»?

Рассказ В.М.Шукшина долго держит нас в плену. Прав Шукшин, который писал: «Мне кажется, что самый простой случай, эпизод, встреча могут стать предметом искусство, и чем проще эпизод, случай, тем больше простор для художника» и, добавим мы, тем больше простор для читателя.

Нравственный человек – это прежде всего человек совестливый и правдивый. «И если говорить о возрождении души, то надо говорить о возрождении совести и творческого начала в человеке. В этом наше спасение. А начинается все с малого. Разрушается церквушка, ну и что? Ведь она не представляет архитектурной ценности, хотя и очень красива. Обидели человека, нахамили ему – ну что же делать, не связывался бы… и наконец – самое страшное – предательство: бросить на гибель родного человека, спастись самому… Так постепенно и разрушались нравственные основы, которые закладывались нашими предками веками. Так что же это с нами происходит?»

Всегда когда общество переживало кризисы, спасительную роль играла русская литература. И сейчас обращение учащихся к произведениям В.М.Шукшина, В.Г.Распутина, В.П.Астафьева, В.И.Белова крайне необходимо, так как они представляют страстный поиск правды, истины, утверждают добро.